Романтика
Случайная встреча в поезде
Я: Ты сидишь у окна, смотришь на мелькающие столбы. Проводница уже давно погасила верхний свет, в купе темно, только фонари с перронов иногда выхватывают твой профиль. Я ложусь на свою полку, но не сплю — просто смотрю, как ты поправляешь волосы, как блики скользят по твоей шее... Она: Ты не спишь? Я: Нет. Не могу. Слишком красиво за окном... и в купе. Она: Я тоже. Жара, духота... Скинула одеяло, а легче не стало. Я: Может, откроем окно? В тамбуре прохладнее... Она: Пойдем. Я: Мы стоим в тамбуре, поезд ритмично стучит на стыках. Ты облокачиваешься спиной...
Напряжение в лифте
Гроза началась внезапно. Сначала — редкие вспышки молнии за панорамными окнами холла роскошного отеля. Затем — глубокий раскат грома, прокатившийся где-то над ночным городом, словно тяжёлые двери небес медленно закрылись. Лифт тихо скользнул вверх. Внутри стояли двое. Незнакомцы. Она вошла на двадцать третьем этаже, когда двери уже почти закрылись. Лёгкий аромат её духов — что-то тёплое, пряное, с нотами ванили и дождя — мгновенно заполнил небольшое пространство. Он отступил на полшага, позволяя ей войти. Она коротко кивнула — вежливость, почти...
Пирожки Зинаиды Петровны
Переехал я в деревню два года назад. Надоел город, пробки, соседи за стенкой, которые сверлят по выходным. Купил домик небольшой, с участком, думал буду шашлыки жарить, баньку топить, тишина, благодать. Дом по соседству достался мне в нагрузку. Старый, но крепкий, с резными наличниками, палисадником, где росли георгины и еще какие-то цветы, в которых я не разбираюсь. Жила там Зинаида Петровна, лет пятидесяти с хвостиком, вдова, муж года три как помер от сердца. Я сначала и не смотрел на нее — баба и баба, платки носит, халат застиранный, на огороде...
Моя ненасытная
— Ммм... Хочу лизнуть твои яички, — сказала рыжая помпушка, опускаясь на колени, и глядя в глаза своему изысканному возлюбленному... Её губы дрогнули в лукавой, почти детской улыбке, пока она медленно расстёгивала его брюки, не отводя горящего взгляда. Пальцы скользили уверенно, но с той нежной неторопливостью, от которой у него перехватывало дыхание ещё до того, как ткань окончательно упала. — Только не торопись... — тихо выдохнул он, запуская руку в её густые рыжие волосы, перебирая мягкие пряди, будто боялся, что она сейчас...
Не останавливайся
Я до сих пор чувствую его вкус. Не на губах — под ногтями. Горьковатый металл и соль, которые не смыть никаким мылом. Это не раскаяние. Это трофей. Потому что в ту ночь я не просто трахал женщину — я сломал себя прежнего и сгорел дотла в её глазах. И если бы мне предложили повторить это завтра, зная, что после такого не живут, я бы уже мчался к ней, сдирая кожу о гравий. Это началось не с поцелуя. Это началось со взгляда через переполненный зал, где воздух был густым от пота и дешёвых духов. Она стояла у стойки, поправляя ремешок часиков, и этот жест...
Первый раз дала в попу на кухне
Все таки есть в отношениях с женой одна магия, которая не тускнеет даже после пяти лет брака. Мы, конечно, не те горячие студенты, что трахались по три раза на дню, но искра... эта искра никуда не делась. Особенно когда Ленка задумает что-то этакое. В тот вечер была пятница. Я вернулся с работы злой как черт — начальник взъебал с отчетом, в метро давка, да еще и дождь этот мелкий, пронизывающий. Думал, приду, буркну что-то и рухну на диван телек смотреть. Но дома меня ждал сюрприз. Квартира пахла чем-то невероятным: чесноком, розмарином и мясом...
Предложила свою подругу
На этот раз она прислала мне необычное приглашение: у Нади появилось пожелание, чтобы я сделал ей эпиляцию интимной зоны и педикюр. Как описать мои эмоции? Как не поблагодарить судьбу за это щедрое преподношение? Нади угадала мои мечты и фантазии. И вот я у нее дома. Загадочно улыбаясь смущенной улыбкой, Нади пригласила меня в спальню, предложила раздеться. Повсюду горели свечи, пахло ароматом сандала, в спальне звучали индийские песнопения. Именно в такой атмосфере должно происходить волшебство эпиляции и интимного ухода за...
Маша уже взрослая
Маша откинулась на спину кожаного кресла, глядя на глянцевый экран своего нового MacBook Pro. Сорок лет. Двое отпрысков, дорогая квартира в центре, муж, который давно стал скорее надежным партнером по быту, чем страстным любовником. Она была старшим разработчиком в крупной IT-компании, зарабатывала больше, чем Петр, и это, казалось бы, давало ей некоторую свободу. Но свобода была иллюзией. Она была заперта в золотой клетке из ипотеки, родительских собраний и вечернего ритуала, когда оба, уставшие, падали на диван, чтобы смотреть сериал, пока сон...
Саксофон в тишине
Он написал утром. Просто. Без напоминаний о вчерашнем. «Привет, моя желанная Ларочка... скучаю... » Слова висли в воздухе ее кухни, наполненной обыденным светом. Она пила кофе, и каждый глоток был иным после той ночи. После того, как экран смартфона стал порталом в иное измерение. Она ответила легко, с улыбкой, но внутри все еще пело тихое, смущенное эхо. Он начал с комплимента. С фотографий. А она, поймав себя на странной смеси благодарности и трепета, выдохнула то, что не давало покоя: «всё было супер..., но что-то меня терзает»...
Отдалась незнакомцу в воде пока муж спал на шезлонге
Отпуск на этом греческом острове должен был стать спасением для нашего брака, который дал трещину, как потрескавшаяся от солнца плитка у бассейна. Мы — я, Света, и мой муж Антон — две недели должны были изображать счастливую пару. Антон справлялся просто: он пил. Днем — пиво, вечером — виски, и к полуночи отключался в номере сонным, потным бревном. Моё раздражение копилось, как песок в купальнике. В тот вечер мы были у главного бассейна отеля. Он, огромный, с подсветкой, упирался прямо в темную гладь моря. Антон, нажравшись...